Boris Yarmakhov (yarmakhov) wrote in ru_wodehouse,
Boris Yarmakhov
yarmakhov
ru_wodehouse

Спроси Папу

Во второй серии первого сезона главным героем фильма вместе с Дживсом и Вустером оказывается скотч-терьер Макинтош, которого уехавшая за границу тетя Агата поручила опекать Вустеру. Берти старается, однако происходит ужасное. Бобби Викхем, невеста Берти, устраивает в квартире Вустера читку пьесы ее матери – леди Викхем для американского продюсера по имени Блуменфилд. Тот слушает пьесу вместе со своим двенадцатилетним сыном, которому "пьеса нравится, но собака нравится больше". Чтобы заслужить расположение Блуменфилда, Бобби отдает мальчику собаку тети Агаты (Берти в этот момент дома нет).



Эта же пара – мистер Блуменфилд и его сын – вновь в возникает в третьей серии третьего сезона. Спасаясь от тети Агаты, Берти перебрался в Нью-Йорк и завел многочисленные знакомства в театральных кругах. И на одной из репетиций пьесы "Спроси Папу", которую ставит его друг Джордж Каффнел, он встречает в зале Блуменфилда. Теперь он уже – не просто театральный скаут, занимающийся поиском пьес, но владелец театра, которого все боятся. Возникает вопрос – что это за такая парочка и причем тут этот мальчик?

В 1915 году, переехав в Америку и начав работать над серией рассказов о Дживсе и Вустере, Вудхаус стал подрабатывать театральным критиком. Он часто бывал в театрах и публиковал в нью-йоркских журналах обзоры увиденных спектаклей. Если бы этим все и ограничилось, мы бы знали его как писателя, но ничего не знали бы о Вудхаусе – поэте. Однако, 23 декабря произошло событие, которое очень многое изменило в его биографии. Плам отправился на спектакль "Very Good, Eddie" в бродвейский "Princess Theatre". Вещь эта отличалась незамысловатым водевильным сюжетом (о том, как молодой человек невысокого роста, собравшийся жениться на высокой девушке, вдруг встретил на пароходе невысокую девушку и полюбил ее, а жених ее, в свою очередь ушел к покинутой высокой невесте, в общем все счастливы).

Замечателен был не сюжет, а то, как он был реализован на сцене. За театральной постановкой чувствовалась рука гения. Причем не одного, а сразу двух.

39.64 КБ

Вудхаус, Болтон, Керн

Первым из них был – композитор Джером Керн, создавший за шестьдесят лет своей жизни около 700 песен, в том числе "Ol' Man River", "Can't Help Lovin' Dat Man", "Smoke Gets in Your Eyes", "All the Things You Are", "The Way You Look Tonight", ставшие впоследствии "евергринами" – джазовыми стандартами. За свою чрезвычайную плодовитость и гармонический дар Керн даже получил прозвище "Американского Шумана".

Вторым был писатель и либреттист, как и Вудхаус, недавно перебравшийся в Штаты из Англии, Гай Болтон (Guy Bolton). Архитектор по образованию, Болтон обнаружил талант перекладывать в форму, удобоваримую для постановки на сцене пьесы и рассказы, а также адаптировать для бродвейских постановок европейские оперетты.

С Керном Вудхаус уже был знаком, а с Болтоном (к слову, в фильме он является прототипом Джорджа Кафнела), они познакомились именно 23 декабря – и стали друзьями на всю жизнь. В "бригаде" Керна и Болтона пустовало одно место – автора слов к песням, (сам Болтон никаких стихов не писал), связующего звена между композитором и либреттистом. Его и занял Вудхаус, поскольку уже к тому времени, как впоследствии заметил один из его биографов, "не было такой мысли, которую он не мог бы выразить словами".

Вудхаус начал с того, что написал несколько текстов для "Very Good Eddie", от чего вещь сильно выиграла. Стало понятно, что для троицы Керн - Болтон - Вудхаус в жанре музыкального театра нет ничего невозможного. И тогда к ним пришел человек от Эрлангера.



Эйб Эрлангер (Abraham Lincoln Erlanger) пришел в шоу бизнес в 1886 году, (он начал со своего продюсерского агентства в Нью-Йорк) и, по сути, создал его. Уже за первые 10 лет своей деятельности он достиг очень многого. Очень цепкий, беспощадный к конкурентам, самоуверенный, он стал создателем и хозяином театральной империи под названием "Театральный синдикат", в который входили собственники театров по всей стране. Единая система гастролей театральных трупп по стране, созданная Эрлангером, положила конец существовавшей в этой отрасли неразберихе и позволила ему получать сверхприбыли. Он строил самые фешенебельные театры в стране – такие, как "The New Amsterdam Theatre" и "The Erlanger". Его многие боялись, многие от него зависели и его мало кто любил. Про него говорили, что он разрушал карьеры так же легко, как создавал их. "Я не доверяю людям, которых не могу купить" – любил повторять он.

"Эрлангер был на Бродвее чем то средним между царем и жабой" – вспоминал Вудхаус… "Из него получился бы хороший монголо-татарин… А монгольское иго, в свою очередь, встречая на своем пути самых злобных своих врагов, могло бы называть их "почти такими же противными, как сам Эрлангер…" Эрлангер был обладателем целого набора эксцентрических привычек. Его письменный стол был размером с бильярдный, в его ящике он всегда держал заряженный револьвер. Маленького росточка, с брюшком, он напоминал Наполеона и никогда не скрывал, что хотел быть на него похожим. Он всегда во все лез, обожал приходить на репетиции, во время которых он мог начать орать на продюсера, на актеров, музыкантов - если ему что-нибудь не нравилось. На просмотры он всегда являлся с двенадцатилетним мальчиком, мнение которого о постановке было для Эрлангера решающим, поскольку он был убежден, что "интеллектуальный уровень бродвейской публики в среднем находится на уровне двенадцатилетнего подростка". Узнаваемо, не правда ли? Вот такой вот прототип был у мистера Блуменфилда. Но для того, чтобы чего-либо достичь в шоу-бизнесе того времени, пройти мимо Эрлангера было невозможно.

Эрлангер взял с места в карьер. Он заказал троице адаптацию оперетты Имре Кальмана Die Csárdásfürstin (на российской сцене - Сильва). Справились они с этим заданием блестяще. Вудхаус написал переводы песен, а вместе с Керном они сделали для бродвейской постановки этой оперетты еще одну вещь – "My Castle in the Air", которую с успехом исполнял баритон Джордж МакФарлан.



Во время работы В-К-Б над мюзиклом "Miss 1917" в театр пришел девятнадцатилетний паренек, который аккомпанировал на репетициях хору на фортепиано - за 35 долларов в неделю (это была его первая профессиональная работа). В перерывах между репетициями он развлекал актеров исполнением собственных сочинений. Звали его Джордж Гершвин. (Десять лет спустя, когда Гершвин уже был в зените славы, Вудхаус работал вместе с ним над постановкой мюзикла "O, Kay!")

Всего за 15 лет своей театральной деятельности Вудхаус он написал слова к почти 250 песням из 30 мюзиклов. Среди них – много замечательных композиций, но вершиной совместного творчества Вудхауса и Керна считается вещь под названием "Bill" - написанная в 1918 году, но увидевшая свет только через 10 лет в постановке Show Boat, где она была исполнена Хелен Морган. В этой версии она и стала хитом.



Вспоминаем мы не зря день седьмого ноября! Новости из России осенью 1917 года Вудхаус наверняка слышал, но голова его при этом, скорее всего, была занята другим. Вместе с Гаем Болтоном он работал над словами к песням для мюзикла "Ask Dad". Джером Керн в этой работе принять участие не смог, и в качестве композитора был привлечен Луис Хирш (Louis Hirsch). Композитором Хирш был неплохим, но до уровня Керна не дотягивал. Сюжет – как у многих ранних мюзиклов – незамысловатый. Сцены сельской жизни, неудачливый герой любовник, сварливая жена… Пресса была очень сдержана, отметив скупо, что этот мюзикл отличали от других такого рода две вещи - то, что в качестве действующего лица на сцене мюзикла был выведен врач-психиатр (!) и, как всегда великолепные, слова песен Вудхауса. Мюзикл получил другое название – "Oh, My Dear!", был поставлен в Princess Theatre и шел там несколько месяцев. Но в целом постановка оказалась неудачной.

Поэтому, когда в 1923 году Вудхаусу понадобилось название какого-нибудь мюзикла для рассказа "A letter of Introduction" (где появляется незадачливый Сирил Бассингтон-Бассингтон), он отдал на растерзание Дживсу и Вустеру несчастный "Ask Dad". Название мюзикла обыгрывается в рассказе. "Мюзикл называется "Спроси Папу", но это как раз то, чего я не собираюсь делать" – говорит Сирил, гордящийся своей единственной фразой в роли Дворецкого "Извините леди, но дом, кажется, горит!"

28.99 КБ

Трактовка всего этого эпизода с мюзиклом в фильме и книге весьма сильно различается. По фильму Берти Вустер даже отправляется с мюзиклом на гастроли (в качестве независимого наблюдателя, о чем его просит автор Джордж Кафнел). Это кстати, было обычной практикой – провозить мюзикл по провинциальным театрам и по ходу дела дорабатывать его, прежде чем выносить на бродвейские подмостки. Вустер смотрит мюзикл, как он утверждает "шесть миллиардов два раза", бедный Сирилл произносит одну и ту же фразу. При этом понять, о чем мюзикл, по фильму невозможно. Мы видим только хитовый номер "What a wonderful world, what a wonderful feeing , исполняемый звездой шоу – Фредди Фловердью, и номер "Ask Dad".

Резонно было бы предположить, что то, что мы видим и слышим – это музыка Луиса Хирша на слова Пелема Вудхауса. Но это не так. Все, что связано с мюзиклом "Ask Dad" в фильме – музыкальные номера, афиши, гастрольное турне – это spoof (имитация), придуманная Клайвом Экстоном и композитором Энн Дадли. Таким же "спуфом" является и шикарный выход Вустера – Лори в финальной роли дворецкого (вместо уволенного Блуменфельдом Сирила). У Вустера неожиданно обнаруживается "сценофобия" и он пересилив себя, кричит "пожар" с такой страстью, что публика в страхе разбегается и в театр врывается пожарная команда.



Эпизод с пожаром в театре тоже создан не на пустом месте. Дело в том, что в 1903 году в Чикаго действительно произошел страшный пожар в одном из самых, на тот момент шикарных театров – "The Iroquois Theatre". В давке погибло около тысячи (!) человек. За этим последовали многочисленные полицейские разбирательства и санкции со стороны властей. Долгое время после этого для музыкальных театров существовало ограничение - не более 300 мест в зрительном зале. Это, отчасти породило спрос на малобюджетные музыкальные постановки, в которых так преуспели Вудхаус, Керн и Болтон. Хозяином сгоревшего театра, кстати, был все тот же самый Эйб Эрлангер.

Можно грустить, можно смеяться. А можно получать удовольствие от музыкального номера третьего эпизода третьего сезона. "Ask Dad" Музыка - Энн Дадли, слова - Клайв Экстон, исполняют Хью Лори и Стивен Фрай.



  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 5 comments